Ученый, проректор, общественный деятель… Честно говоря, я слова эти переставляла местами несколько раз, выстраивая по степени значимости иерархию ипостасей героини интервью. Однако она изменила последовательность и на первое место поставила статус «мама».
Получив глубокие знания и компетенции специалиста в области мировой экономики и внешнеэкономической деятельности, Анастасия Лапо могла построить головокружительную карьеру в транснациональной корпорации, но выбрала путь в науку и никогда об этом не жалела.
Как найти подход к молодежи? Что отличает новое поколение госуправленцев? Кто дома командир? В чем секрет семейного счастья? Наш разговор — о главных приоритетах в жизни и многом другом.
Справка «АН»
Анастасия Сергеевна Лапо, проректор по молодежной политике и социальным вопросам ЮУрГУ, доцент кафедры «Экономическая теория, региональная экономика, государственное и муниципальное управление», кандидат экономических наук. Председатель Общественной палаты города Челябинска.
В 2011 году окончила с отличием ЮУрГУ по специальности «Мировая экономика», в 2013-м получила степень магистра по направлению «Экономика». Область научных интересов — оценка эффективности госуправления и экономической политики регионов. Автор более 30 научных публикаций, в числе которых статьи, размещенные в международных высокорейтинговых журналах.
«Мы попали в яблочко»
— Проба научного пера у меня состоялась в студенческие годы. В Южно-Уральском госуниверситете на факультете экономики и управления я обучалась специальности «Мировая экономика». С однокурсницей мы писали небольшую обзорную статью, которая вошла в перечень студенческого научного сборника. Тему сейчас не вспомню, кажется, она касалась финансов. Но, знаете… для меня был больше важен сам факт того, что нам, студентам, предложили заниматься наукой.
А ведь я для себя этот вариант, в общем-то, и не рассматривала, — вспоминает моя собеседница.— Это был 2006 год. Бурное развитие отечественной экономики, огромные вливания иностранного капитала. Мощные транснациональные корпорации заходили на российский рынок. Все это, конечно, манило юных экономистов. Выбрав направление обучения «Внешнеэкономическая деятельность», я ориентировалась на работу в реальном секторе экономики, в бизнесе. Но… так сложилось, что на четвертом курсе специалитета мне предложили остаться на кафедре для написания кандидатской диссертации.
Это был шоковый момент. Очень долго мы думали с моим руководителем дипломной работы, доктором экономических наук Ириной Валентиновной Даниловой по поводу тематики и остановились на векторе оценки эффективности бюджетных расходов.
Выбор оказался удачным, до сих пор очень благодарна за это научному руководителю. Тема в том или ином варианте актуальна будет всегда. А в тот период разворачивалась существенная бюджетная реформа, и мы переходили к формату программно-целевого государственного бюджетирования. Это все было заложено, естественно, в концепцию долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации. И, по сути, мы попали в яблочко.
В рамках написания кандидатской диссертации апробировали на региональных министерствах и ведомствах те подходы, которые были нами разработаны. В частности, анализировали, насколько четко соотносятся цели, которые перед собой ставят министерства и ведомства Челябинской области в рамках среднесрочного бюджетного планирования, со стратегическими целями, которые формируются на гораздо большем по продолжительности горизонте времени. И вот это был такой прямо интересный вариант развития событий, когда мы не просто оценивали полноту использования бюджетных средств и степень достижения какого-то результата, а разбирались, насколько велик вклад мероприятий конкретной структуры в достижение целей, значимых для региона.
В 2014 году в диссертационном совете ЮУрГУ состоялась защита кандидатской диссертации, и, собственно говоря, тематика оценки социально-экономической политики регионов стала базовой на протяжении всего моего научного пути. Хотя, конечно, госполитика всегда вносит определенные корректировки в направление научной деятельности, потому что наука должна быть впереди государственной повестки.
Мне повезло: результаты исследований были и остаются актуальны для органов власти. Очень важно, на мой взгляд, чтобы наука была не ради науки, а ради практики. И конечно, принятие федерального закона о стратегическом планировании в 2014 году для меня стало подспорьем в понимании значимости моей научной деятельности.
Потом было увлечение другой тематикой в связи с изменениями в государственном управлении. Тогда появилась новая стратегия пространственного развития Российской Федерации до 2025 года, в которой впервые на официальном уровне фигурировал термин «городская агломерация». Сегодня он широко применяется в документах государственного стратегического планирования. «Экосреда индустриальной агломерации» — один из стратегических проектов ЮУрГУ, участвующего в программе «Приоритет 2030». А в тот период слово «агломерация» было больше научным термином и на уровне государства использовалось не часто.
Мы начали разрабатывать тематику, связанную с агломерированием населенных пунктов нашего региона. Вскоре появилась стратегия развития Челябинской области до 2030 года, где прописано, что в регионе есть моноцентрические и полицентрические агломерации. Наш научный коллектив подал тогда заявку на грант Российского фонда фундаментальных исследований. Мы победили и начали под руководством доктора экономических наук Валентины Сергеевны Антонюк реализовывать проект. Разрабатывали методологические подходы к формированию городских агломераций, анализировали их «зрелость», исследовали инфраструктурное обеспечение тех агломераций, которые были анонсированы в стратегии социально-экономического развития Челябинской области.
— И к каким пришли выводам?
— Неоднозначным… Но интересным, на мой взгляд. Допустим, рассматривая полицентрические агломерации, мы выявили ряд инфраструктурных ограничений, которые не способствуют тому, чтобы агломерирование происходило в эволюционном формате. А наш глобальный вывод впоследствии нашел подтверждение в новой стратегии пространственного развития Российской Федерации. Стратегия вышла в декабре 2024 года, и в ней термин «агломерация» ушел на второй план, а доминирующим стало понятие «опорные пункты». Каждый из таких пунктов самодостаточен и является неким центром, способствующим развитию экономики региона и страны.
Удачным завершением этого большого пласта работы, связанной с выполнением грантового исследования, стала для нас публикация научной статьи в журнале, индексируемом в Scopus. В этой статье мы сравнивали процессы агломерирования на территории России с процессами агломерирования, которые сегодня имеют место в западных и азиатских странах. Мы отправили статью в редакцию еще до 2022 года и три года добивались публикации. К счастью, это произошло. Вероятно, сыграла роль значимость результатов исследования для мирового научного сообщества.
А сейчас вместе с коллегами, получившими грант Российского научного фонда, хочу исследовать тематику суверенизации экономики регионов. Свою нишу в этой работе я вижу в оценке вклада экономической политики региона в формирование возможностей создания промышленного суверенитета Российской Федерации.
Важность этого направления подтверждает указ президента о национальных целях развития. Основной вектор — это технологическое лидерство, формирование устойчивой и динамично развивающейся экономики. Для достижения этих целей нужно проводить согласованную политику в регионах, направленную на обеспечение вклада в общий российский промышленный суверенитет. Думаю, наши исследования в этом направлении также будут востребованы.
Продолжение следует.
Свежие комментарии