Муслим не приехал к Алиеву

Двухтомник Андрея Караулова «Русский ад» – переосмысленное, серьёзно доработанное автором переиздание. История о том, как страна – простые смертные и властное закулисье – жила в девяностые, как её успешно рвали на части. Здешние персонажи – Ельцин, Горбачёв, устроители «реформ» предельно реалистично расскажут о той чудовищной эпохе.

ВЕСНА 70-го, в Баку проходит Декада искусства России, специальный теплоход, который идёт на Нефтяные камни, Магомаева – нет, Синявской – тоже нет, их ждут, вот-вот приедут. Гейдар Алиевич с супругой, с детьми, а их – нет, не явились. Министр культуры докладывает:

– Гейдар Алиевич, певец Магомаев срывает концерт.

– Ой-ёй-ёй... Как – срывает?

Министр опустил голову.

– Не пришёл...

С юных лет Муслим был для Гейдара Алиевича и Зарифы Азизовны как сын.

– А Синявская? – улыбнулась Зарифа-ханум.

– И она не пришла, Зарифа Азизовна...

– Всё понятно! – махнул рукой Гейдар Алиевич; ему нравилась Синявская, особенно – её голос, он очень хотел, чтобы Тамара и Муслим поженились, но с характером Муслима это непросто, конечно, сильная женщина, только сильная женщина может быть рядом с ним.

– Вот ведь... а? – Гейдар Алиевич растерянно смотрел на Зарифу Азизовну. – Надо же!

– А слушай, что важнее? – вмешалась Зарифа-ханум. – Любовь? Или концерт?

– Важнее дисциплина... – заметил Гейдар Алиевич, но Зарифа Азизовна перебила мужа:

– Ай, слушай, поехали без них, если что-то у детей оборвётся, ты больше будешь переживать, чем я...

На свадьбе Тамары и Муслима Гейдар Алиевич сказал: «Когда я слушаю, как вы, Тамара и Муслим, поёте вместе, у меня возникает ощущение, что я сам совершил хороший поступок...»

... Смерть Зарифы Азизовны заставила Гейдара Алиевича вспомнить всё, что она говорила ему о Горбачёве...У Зарифы-ханум был дар видеть людей насквозь. Зарифа-ханум предупреждала: если Горбачёв, как самый молодой член Политбюро (она же нужна для чего-то, эта молодость), станет Генсеком, он быстро уберёт всех, кто хоть в чём-то сильнее его: типичный карьерист, пустомеля. Гришин и Черненко, например, совершенно его не воспринимают, Кунаев – тоже. Зарифа Азизовна хорошо видела людей... – а Гейдар Алиевич махал руками, смеялся, называл жену «антисоветчицей»... Вдруг – инфаркт: Гейдар Алиевич выжил, хотя Чазов, руководитель «кремлёвки», был уверен, что это – его конец. Едва Алиев пришёл в себя после наркоза, как в реанимации появился Чазов. В Политбюро шутили: клятва Гиппократа появилась уже после того, как Евгений Иванович возглавил Четвёртое управление. Он держал лист бумаги и ручку.

– Что принёс? – насторожился Алиев. – Это что?

– Гейдар Алиевич... – вкрадчиво начал Чазов, – вам бы подписать прошение об отставке... – Чазов говорил с членом Политбюро ЦК КПСС как начальник с подчиненным, чья судьба уже решена, – состояние у вас неважнецкое, пора бы и отдохнуть... сердечная мышца ослабла, почти не работает, вот он, БАМ, Гейдар Алиевич, вот они, перегрузки... это уже не мышца, а так, оттонка...

Чазов говорил много. Невероятно, но факт: текст заявления члена Политбюро ЦК КПСС об отставке был уже написан, оставалось только расписаться...

Алиев мгновенно пришёл в себя, и наркоз сразу отступил.

– Слушай, Евгений: ты меня лечи, ладно?

– А заявленьице надо бы подписать, – не отступал Чазов. – Прямо сейчас. Михаил Сергеевич в курсе, Гейдар Алиевич! Работать вы уже не сможете. Быстро умрете. От перегрузок.

Глаза у Чазова были как два ножа. Алиев вздрогнул.

– Может быть, Евгений, я хочу умереть за рабочим столом!

Чазов не отступал:

– Гейдар Алиевич, я как врач и как коммунист...

– Вот и лечи меня, если ты... у нас... не только коммунист... Я помру – ты что, рыдать будешь? На моей могиле?

Чазов замер.

– Я вынужден...

– Уходи, Евгений Иванович. Немедленно уходи. Спасибо, что лечил!

Чазов побежал звонить Горбачёву.

С Косыгиным после инфаркта было точно так же, один в один... – ну что за люди, а? Алиев понимал: Михаил Сергеевич («Ты, Гейдар, не помер, значит, пеняй на себя!..») от него не отстанет.

У Гейдара Алиевича всегда были доверительные отношения с Болдиным; работая в «Правде», Болдин несколько раз приезжал в Баку, и Гейдар Алиевич всегда с удовольствием находил время для встречи.

– 85-й, – рассказывал Болдин. – Перед поездкой в Тольятти Горбачёв пять раз заставлял всю нашу группу переделывать текст его выступления. И всё чем-то недоволен – то тем, то этим. Сам уже не знает, что он хочет. Садимся в самолёт. Зовёт: «Давайте мою речь. Ещё раз пройдёмся».

Читаем – вслух – страницу за страницей. «Да-а, – говорит, – а текст-то с дефектиками. Раиса Максимовна тоже так считает. Говорит – души в тексте нет». Начал править. Надиктовывает стенографисткам новые куски. Логика рассыпается, но спорить с ним уже бессмысленно. Машинистки всё быстро перепечатали. Горбачёв – на АвтоВАЗ, выходит на трибуну, по бумажке читает начало своей речи, возбуждается (вспоминает, видимо, что в Питере его кто-то недавно назвал «трибуном») и отрывается от текста. Излагает основные мысли, а дальше – тупик. Открывает следующую страницу, но об этом он вроде бы уже сказал. Листает дальше – и об этом он только что говорил... И – бег по кругу!

...Кто, кто организовал весь этот кошмар на стадионе в Сумгаите, когда отрезанная голова армянского мальчика стала – вдруг – футбольным мячом? Какова истинная роль в карабахских событиях восточного филиала «Бай Прокси»? В Карабахе появились лозунги: «Ленин, партия, Горбачёв. Сталин, Берия, Лигачёв!» Кто придумал? Чья поэзия? Кто сочиняет рифмы? Главный вопрос: почему Горбачёв после событий в Сумгаите (именно после Сумгаита) стал так бояться американцев? Отставка Алиева, и сразу – Карабах. Совпадение?

Резня в Сумгаите повергла Алиева в ужас. Почти 14 лет Гейдар Алиевич возглавлял Азербайджан. Здесь никогда не было национальной междоусобицы, даже скрытой. Какая междоусобица, когда вокруг столько пустой земли!

Баку, Сумгаит, Степанакерт всегда жили очень дружно, легко... – а что творилось по праздникам на городских стадионах, когда известные азербайджанские певцы по-армянски пели их национальные песни! Разумеется, после болезни Гейдара Алиевича быстро вывели из состава Политбюро, но он оставался пока членом ЦК, то есть пропуск на Старую площадь у него ещё был.

3 марта 1988 года, в 9:00 утра, Алиев без предупреждения, без звонка вошёл в приёмную Георгия Разумовского, секретаря ЦК. Пригласил его помощника, коротко сказал, что события в Сумгаите – это начало конца их страны, смертельный удар по Советскому Союзу, поэтому он категорически требует, чтобы секретарь ЦК Разумовский выслушал его доводы: секретариат ЦК должен знать соображения Первого секретаря ЦК КП Азербайджана Алиева («надеюсь, ещё не поздно...») о ситуации как в самом Карабахе, так и в соседних районах, где испокон веков живут не только армяне, но и азербайджанцы. Разумовский растерялся. Он принял Гейдара Алиевича только после консультаций с Горбачёвым, ближе к вечеру, к шести.

На пять минут. Всё это время Алиев тихо сидел на стуле в приёмной, и никто не предложил дважды Герою Социалистического Труда чашку чая. Разумовский сразу дал понять Алиеву: Генеральный секретарь ЦК КПСС уверен: события в Сумгаите – это дело рук самого Гейдара Алиева. Вот так! Коротко и глупо. Как Гейдар Алиевич не двинул секретарю ЦК по его ярко-красной физиономии, – загадка. Очень хотел, очень – и не смог, не так был воспитан, хотя полагалось бы, конечно, именно так, по губам!

– Как вам на пенсии? – поинтересовался Разумовский, давая понять, что разговор закончен.

– Принял решение поработать на заводе... – Алиев встал и направился к выходу.

– На каком заводе? – опешил Разумовский. – Кем?

– Простым рабочим, Георгий.

– Как... рабочим? Зачем? Вы серьёзно?

– В этом здании, Георгий, я говорю только серьёзно.

Гейдар Алиевич в самом деле попросил Севу купить ему десять тёплых байковых рубашек. Списали? Тяжёлая болезнь?

А он – на заводе, рабочим. В цехе. У станка.

– Врачи разрешили, Гейдар Алиевич? – Разумовский не верил собственным ушам.

– Буду работать, значит, выживу, Георгий... – И Алиев навсегда закрыл за собой двери Старой площади.

 

Книгу Андрея Караулова «Русский ад» (I и II) вы можете приобрести наложенным платежом (1100 руб. каждая), заказав по телефону 8(495) 980‑45‑60 или направив по электронному адресу: zakazknig@argumenti.ru, или по почте: 125167, ­г. Москва, Авиационный пер., д. 4а, заявку и ваш точный адрес с индексом, ФИО полностью. В теме письма укажите «ЗАКАЗ КНИГ». В Москве книгу можно купить по издательской цене (800 руб. каждая) в редакции по адресу: ст. м. «Аэропорт», Авиационный пер., дом 4а (здание МФЮА), к. 104, либо заказать по телефону 8 (495) 980‑45‑60 (стоимость доставки в пределах МКАД – 300 руб.). Мы работаем: пн. – пт. с 10.00 до 18.00

 

Источник ➝