В издательстве «Аргументы недели» вышла книга Алексея Егорова, человека, который много лет проработал в органах госбезопасности, «Последний год КГБ. Операция «Ламбада». Его повесть – это остросюжетный детектив о работе органов госбезопасности, основанный на реальных событиях. Действующими лицами являются М. С. Горбачёв и члены его семьи, Б.Н. Ельцин, руководители КГБ и другие. События развиваются на фоне глубокого кризиса, поразившего Советский Союз в последний год его существования. Произведение содержит элементы документального повествования, в частности, о Ю.В. Андропове и В.А. Крючкове, а также художественное, при этом реалистичное описание деятельности органов КГБ, где автор результативно работал длительное время. Один из отрывков «Аргументы недели» опубликовали в №26.
О В.А. Крючкове
Эта книга посвящается удивительному человеку и патриоту Владимиру Александровичу Крючкову, под руководством которого мне посчастливилось работать в один из самых тяжёлых моментов истории нашей Родины, когда Владимир Александрович руководил органами госбезопасности СССР.
Он родился в городе Царицыне 29 февраля 1924 года, через год Царицын был переименован в Сталинград, а по инициативе Н.С. Хрущёва в 1961 году стал Волгоградом. Дед и отец Крючкова были рабочими. Отец воевал в Гражданскую войну на стороне красных, затем вернулся на родной завод «Баррикады», где работал с детства, а перед Великой Отечественной войной стал там начальником цеха.
Большое влияние на формирование Крючкова как личности оказала его бабушка Лидия Яковлевна.
Её девичья фамилия была Шрайнер. Она была немкой по национальности, из поволжских немцев, которые приехали в Россию ещё при Екатерине II, но сохранили язык предков и многие жизненные привычки. При этом она была глубоко русской по воспитанию, духу и образу мышления. В то же время такие свои черты, как пунктуальность, аккуратность, собранность и чёткость, она привила любимому внуку.Грянула Великая Отечественная война, 17-летний Володя, окончив 9-й класс, сразу же пошёл в военкомат и попросил записать его добровольцем на фронт, но его не взяли по возрасту. Он стал рабочим-разметчиком на заводе «Баррикады». В 1942 году завод стал линией фронта, немецкие танки не раз подходили прямо к цехам завода, которые постоянно подвергались артиллерийским обстрелам и бомбардировкам. При этом работа на «Баррикадах» не останавливалась ни на минуту: ремонтировались техника и вооружение, выпускалась и другая важная продукция. Крючкову не раз приходилось брать винтовку и вместе с бойцами отражать яростные атаки врага. Его так и не отпустили на фронт, так как продукция предприятия была критически важной для обороны страны, а людей крайне не хватало.
В июле 1941 года семья Крючковых получила похоронку – извещение о гибели старшего брата Константина, который был лётчиком-истребителем.
В 1943 году Володя Крючков стал комсоргом ЦК ВЛКСМ Особой строительно-монтажной части №25 Министерства строительства СССР, так как в Сталинград прибыли тысячи молодых парней и девушек для восстановления практически начисто разрушенного города, а в 1944 году был избран секретарём Баррикадного райкома ВЛКСМ и в этом же году вступил в Коммунистическую партию и окончил 10‑й класс, когда в городе заработали школы.
В 1945 году он поступил в Саратовский юридический институт, проучился там год на очном, а потом на заочном окончил его. В 1946 году стал секретарём Сталинградского горкома комсомола. Затем перешёл на работу в прокуратуру.
В 1951 году по разнарядке направлен на учёбу в Москву в Высшую дипломатическую школу МИД СССР. В 1954-м по распределению начал работать в МИДе на венгерском направлении, при этом помимо редкого венгерского владел ещё и немецким языком.
В 1955 году получил назначение на работу в качестве пресс-атташе в советском посольстве в Будапеште, где послом был Ю.В. Андропов. С тех пор по работе да и по жизни Андропов и Крючков шли вместе.
Особенно их сплотили венгерские события, когда в 1956 году народное недовольство политикой властей, которые бездумно реализовывали советские сталинские установки у себя в стране, использовали крайне правые профашистские элементы и подняли кровавый антисоциалистический мятеж. В стране, по сути, началась гражданская война, были убиты тысячи венгерских коммунистов, работников госбезопасности, военных. Только с помощью советских войск мятеж был подавлен. Крючков проявил себя смелым, решительным и знающим помощником Андропова, не раз рисковал жизнью, едва не был захвачен фашиствующими бандитами, что было равносильно смерти для сотрудника советского посольства.
Вернувшись в Москву, Андропов, заслуги которого в успешном противодействии мятежникам в Венгрии были оценены по достоинству, стал заведующим отделом ЦК КПСС по связям с правящими коммунистическими партиями, а затем и секретарём ЦК. Андропов взял Крючкова к себе референтом и не ошибся в нём. Работа в ЦК позволила познакомиться ему с механизмами принятия решений в Советском Союзе, со многими видными партийными и государственными деятелями.
В 1967 году по рекомендации Л.И. Брежнева Андропов, которому он доверял и высоко ценил его деловые и человеческие качества, был назначен председателем КГБ при Совете министров СССР. А его помощником в КГБ сразу стал Крючков, а вскоре он занял должность руководителя Секретариата Комитета. Андропову было комфортно работать с Крючковым, но потенциал последнего был гораздо больше, поэтому в 1971 году Крючков был назначен первым заместителем начальника Первого главного управления КГБ – советской разведки. По образованию, опыту работы и знаниям Крючков вполне подходил для этой должности и принёс в разведку необходимые изменения по превращению её в глобальную мощную структуру, как этого хотел Андропов.
В этот период военная и экономическая мощь Советского Союза росли, его политическое влияние в мире становилось огромным. Через три года Крючков возглавил советскую внешнеполитическую разведку и руководил ею более 14 лет. В эти годы без учёта позиции КГБ по международным и военно-политическим вопросам Политбюро ЦК КПСС и лично Л.И. Брежнева не принималось ни одного важного решения. А сделано было много.
В международно-правовом плане была зафиксирована нерушимость западных границ Советского Союза и стран социалистического лагеря на основе реалий, сложившихся в результате Второй мировой войны. Началась разрядка, были нормализованы отношения с ФРГ, существенно улучшились отношения с США. Американское руководство было вынуждено признать ракетно-ядерный паритет с СССР и заключило с нами целый комплекс соглашений по ограничению стратегических ядерных вооружений.
Всё это было сделано в том числе и благодаря эффективной работе нашей разведки. Влияние Советского Союза на международной арене достигло своего апогея: без учёта мнения Советского Союза не решалась ни одна мало-мальски значимая проблема в мире. Широко развивались торгово-экономические связи Советского Союза с зарубежными странами, в том числе и со странами НАТО.
Крючков активно работал в Афганистане в период военных действий в этой стране. Многократно лично бывал там, в том числе с риском для жизни. Однажды ракета моджахедов «Стингер» едва не сбила его самолёт в небе над Кабулом. Проявляя мудрость и умение находить там друзей и сторонников, Крючков добился немалых позитивных результатов. К власти в стране пришёл М. Наджибулла, ситуация стабилизировалась, были достигнуты Женевские мирные соглашения.
Даже после полного вывода советских войск новый лидер Афганистана успешно контролировал обстановку, а наша помощь ограничивалась поставкой вооружений и энергоносителей. Однако после развала Советского Союза Б.Н. Ельцин полностью прекратил любую поддержку и помощь правительству Наджибуллы. В результате, нарушив заключённые соглашения, оппозиция с помощью американцев свергла законное правительство и устроила кровавую резню, в ходе которой погибли многие наши друзья и сторонники, в том числе и Наджибулла.
Крючков резко активизировал деятельность нашей разведки в вербовочном плане: была запущена информация о том, что КГБ максимально бережно относится к своей агентуре и щедро платит серьёзным людям, решившим помогать СССР. Это наряду с существенным улучшением отношения на Западе к Советскому Союзу привело к целому ряду предложений от иностранцев о сотрудничестве с нашей разведкой. В результате было завербовано несколько «инициативников» с солидным положением в спецслужбах США, предложивших услуги нашей разведке. Они начали передавать исключительно важные секретные данные. Мы получили источники информации в самом сердце ЦРУ и ФБР, Пентагоне и Госдепартаменте, а также спецслужбах других государств. Это позволило разоблачить десятки глубоко законспирированных опасных американских агентов в Советском Союзе, в том числе в КГБ, ГРУ и нашей оборонке. Позднее руководители ЦРУ откровенно признавали, что КГБ по-крупному переиграло американскую разведку.
В 1982 году Андропов стал Генеральным секретарём ЦК КПСС. Буквально через несколько недель он предложил Крючкову продолжить свою карьеру на партийно-государственном поприще. Андропов сказал Крючкову: «Давай поработай пару лет первым секретарём крупного обкома партии, а потом станешь секретарём ЦК КПСС, войдёшь в высшее руководство страны, Политбюро». Однако Крючков решил продолжить свою работу в КГБ.
В сентябре 1988 года Крючков стал председателем КГБ СССР и оставался им до конца августа 1991 года, являлся членом Политбюро ЦК КПСС, а затем членом Президентского совета СССР.
Первоначально Крючков с симпатией относился к Горбачёву, который, казалось, стремился изменить ситуацию в стране к лучшему. После пожилых и немощных лидеров Горбачёв выглядел энергичным, способным чувствовать проблемы и чаяния людей руководителем. Тогда широко ходила такая шутка: «Горбачёва в Политбюро никто не поддерживает, он сам ходит».
Однако Крючков быстро понял, что на фоне сладкоголосых речей реальные действия нового главы партии и государства ведут страну к хаосу, а затем и к краху. Крючкову удалось войти в доверие к Горбачёву, объективно докладывать ему и откровенно обсуждать с ним любые, в том числе и самые острые, вопросы.
Затрагивались в беседах и кадровые вопросы. Так, президент СССР сетовал, что совершил огромную ошибку, не отправив Ельцина послом за рубеж после снятия с должности первого секретаря Московского городского комитета партии. Ельцин, работая в Москве первым заместителем председателя Госстроя СССР, сумел объединить вокруг себя оппозиционные силы и стать мощным антиподом главе СССР. При этом Горбачёв никогда не обсуждал с Крючковым и не ставил задачу физического устранения Ельцина.
Крючков многое делал для того, чтобы попытаться остановить хаотичные реформы и процессы, ведущие к развалу СССР. Постоянно старался настойчиво влиять на Горбачёва в этом плане. В декабре 1990 года по его предложению Горбачёв согласился на необходимость проработки мер чрезвычайного характера по наведению порядка в стране. Такие меры были подготовлены небольшой группой сотрудников КГБ. Горбачёв в целом согласился с ними, но отложил на будущее.
С немалым трудом Крючков добился отстранения с важнейших постов наиболее одиозных сторонников дезинтеграции Советского Союза: А.Н. Яковлева, Э.А. Шеварднадзе, В.В. Бакатина и других. При этом пытался воздействовать на Горбачёва, чтобы назначить на ключевые посты твёрдых сторонников сохранения СССР, что в целом ряде случаев удалось.
Крючков прорабатывал варианты легитимной замены Горбачёва на посту главы партии и государства путём переизбрания его Съездом народных депутатов СССР.
После землетрясения в Спитаке (Армянская ССР) и эффективной деятельности по ликвидации его последствий председатель Совета министров СССР Н.И. Рыжков приобрёл значительный авторитет в народе. При этом он выступал против многих негативных и даже опасных экономических и политических инициатив Горбачёва. Отношения между Рыжковым и Горбачёвым напряглись.
В этой ситуации Крючков провёл конфиденциальный разговор с Рыжковым и предложил ему поддержку КГБ, Минобороны и вообще сторонников сохранения Советского Союза, в случае если он согласится возглавить страну. При этом отметил, что Горбачёв готовит его отставку и говорил ему об этом. Выслушав такое предложение от Крючкова, Рыжков заволновался, несколько растерялся и заявил, что он не верит председателю КГБ и считает это провокацией, организованной по поручению Горбачёва. Объяснения и уговоры Крючкова результата не дали. А вскоре у Рыжкова произошёл сердечный приступ, и он был отправлен Горбачёвым в отставку.
Однако Крючков смог убедить Горбачёва назначить на вновь созданный пост премьер-министра СССР В.С. Павлова, твёрдого сторонника сохранения Союза ССР, который в дальнейшем осознанно вошёл в состав ГКЧП.
Председатель КГБ также вёл конфиденциальные переговоры с председателем Верховного Совета СССР А.И. Лукьяновым с целью убедить его сыграть заглавную роль в легитимном отстранении Горбачёва от власти во время его поездки в Японию в апреле 1991 года. Однако Лукьянов, признавая пагубность для страны политики Горбачёва, вначале согласился, а потом отказался. Честно заявил, что побаивается негативных последствий лично для себя, но не скажет об этом ни слова президенту, что он и сделал. К сожалению, также половинчато Лукьянов вёл себя в дни ГКЧП, однако это не спасло его от ареста.
Готовясь к решительной схватке по спасению СССР, Крючкову удалось добиться у Горбачёва включения двух наиболее дееспособных воздушно-десантных дивизий, мотострелковых дивизии и бригады в состав войск Комитета государственной безопасности под предлогом необходимости усиления борьбы с незаконными вооружёнными формированиями в некоторых союзных республиках.
Одновременно Крючков смог существенно повысить денежные довольствия сотрудников органов и войск КГБ. Также на службе сотрудники начали получать продукты из подсобных хозяйств и предприятий Комитета, организованных по указанию Крючкова, в период всеобщего дефицита в 1988–1991 годах.
Он активно боролся с массированными попытками дискредитации органов госбезопасности, сделал их работу более прозрачной и понятной народу, поручил раскрыть целый ряд архивных материалов, способствовавших реабилитации незаконно репрессированных в конце 1930-х и в 1940‑е годы.
В мае 1991 года по инициативе Крючкова был принят Закон «Об органах государственной безопасности в СССР», который впервые в истории страны чётко устанавливал статус и полномочия КГБ.
В июне 1991 года Крючков выступил на закрытом заседании Верховного Совета СССР, где прямо указал на необходимость реализации чрезвычайных мер для того, чтобы незамедлительно стабилизировать ситуацию в стране.
Очень любопытен связанный с М.С. Горбачёвым эпизод, о котором В.А. Крючков рассказал мне в начале 1991 года. В ходе разговора наедине президент сказал Крючкову: «Володя, если так будут развиваться события на международной арене, то скоро речь может пойти о создании всемирного правительства. Как ты думаешь, смогу я его возглавить?» Обескураженный Крючков промолчал, но про себя, как сказал мне, подумал: «Да этому м...ку на Западе даже овец пасти бы не доверили».
Этим вопросом Горбачёва всё сказано. Вот такой у нас был глава государства, чьё непомерное глупое честолюбие и желание в ущерб интересам нашей Родины любым путём понравиться на Западе доходили до абсурда.
Учитывая в то время большой авторитет в народе Б.Н. Ельцина как главного оппонента Горбачёва и его влияние на развитие событий в стране, Крючков организовал канал взаимного обмена информацией КГБ с ближайшим окружением Ельцина. Примерно раз в две–три недели первый заместитель председателя КГБ Грушко встречался на конспиративной квартире КГБ с первым заместителем председателя Совета министров РСФСР Ю.В. Скоковым. В дальнейшем он стал первым секретарём Совета безопасности России.
Эти встречи готовил и принимал в них участие и я. Скоков был видным деятелем оборонной промышленности нашей страны, энергичным, патриотически настроенным человеком. Обсуждение даже самых острых вопросов проходило исключительно конструктивно в дружеском ключе. Необходимая информация доводилась с нашей стороны через Скокова Б.Н. Ельцину и наоборот. Отношения со Скоковым складывались в доверительной атмосфере. Причём Скоков был твёрдым сторонником сохранения Союза ССР, так как понимал, какой удар по нашей оборонной промышленности и вообще по экономике страны нанесёт её развал с учётом огромного количества предприятий в различных республиках и регионах, работающих в условиях многолетней теснейшей кооперации.
По просьбе Грушко Скоков даже провёл разговор с Ельциным о тяжёлой ситуации в стране, для стабилизации которой нужны меры чрезвычайного характера. Ельцин выслушал и сказал, что тут есть над чем подумать, так как дела идут из рук вон плохо.
Крючков был трезвым политиком, понимал необходимость назревших эффективных реформ, при этом главной целью для него было сохранение Советского Союза, так как после развала восстановить его будет невозможно. В первых числах августа 1991 года он встретился с Б.Н. Ельциным и прямо сказал ему: «Вы пользуетесь большим авторитетом в стране, в то же время позиции Горбачёва ослабевают, народ верит ему всё меньше, а главное, он не предпринимает никаких мер по спасению Советского Союза и наведению порядка в стране. Борис Николаевич, КГБ, другие силовые структуры страны и патриоты в руководстве государства готовы поддержать ваше выдвижение на пост президента СССР, если вы предпримете совместно с нами необходимые меры по защите и сохранению Советского Союза».
Ельцин с вниманием выслушал, подумал минут пять, глубоко вздохнул и сказал: «Я понимаю вас и уважаю ваше мнение, благодарю за такое предложение, оно было неожиданным. Но для меня сейчас это невозможно, так как я целенаправленно боролся и борюсь за усиление реального суверенитета России и других республик в противовес союзному центру».
Тем не менее Ельцин и Крючков расстались довольно тепло, договорились взаимодействовать, откровенно обсуждать различные вопросы, в том числе продолжить использование канала Скоков – Грушко. Начальнику охраны Ельцина А.В. Коржакову, который сопровождал своего шефа, Крючков доброжелательно пожал руку, похлопал по плечу и громко сказал: «Береги Бориса Николаевича!» Ельцин слышал это и довольно улыбнулся.
Делясь со Скоковым впечатлениями о встрече с Крючковым, Ельцин сказал: «Да, безусловно, предложение из уст Крючкова стать президентом СССР для меня было лестным и неожиданным. Но процесс зашёл слишком далеко, и я не хочу разгребать горбачёвские авгиевы конюшни, тем более вместе с КГБ. А без большой крови этого уже не сделать. Моя цель – Россия и реформы в ней».
В конце августа готовилось подписание нового союзного договора, который фактически превращал СССР в рыхлое сообщество самостоятельных государств. В этой обстановке Крючков сказал своим ближайшим доверенным лицам, что другого пути, кроме как создание Государственного комитета по чрезвычайному положению в СССР, для спасения страны нет.
Крючков был главным организатором и членом ГКЧП. При этом он пытался спасти Советский Союз от распада без применения грубой силы. Однако такой подход оказался явно запоздалым и недостаточным, так как обстановка требовала самых решительных действий. Но накануне этих событий и потом он не раз говорил: «Самые большие глупости – кровавые».
Кстати, рано утром 19 августа 1991 года, когда было объявлено о создании ГКЧП, у супруги Крючкова Екатерины Петровны произошёл микроинсульт, который крайне негативно повлиял на самого Владимира Александровича и его дальнейшие действия в этот период. Воля Крючкова, обычно очень энергичного, как будто была парализована, не был оперативно созван Съезд народных депутатов СССР, который мог бы законно отстранить от власти Горбачёва. И вся его активность в дни ГКЧП вылилась в многочисленные разговоры со сторонниками, подчинёнными и лидерами оппозиции, которые не приводили ни к каким решениям.
Необходимые приказы и указания не отдавались, члены ГКЧП и сотрудники силовых структур не могли понять пассивность Крючкова. Хотя надо честно сказать, что все руководители и подавляющее большинство личного состава КГБ, да и Министерства обороны, готовы были их выполнить. На фоне этого бездействия Ельцин и его команда начали решительную борьбу с ГКЧП, используя в том числе и случайную гибель людей при столкновении с военными. Началась деградация всех силовых структур и органов власти.
После краха ГКЧП с конца августа 1991 года по январь 1993-го Крючков находился в тюремном заключении в период следствия по этому делу. Перенёс несколько острых спазмов сосудов мозга. Он подозревал, что его пытались отравить. В феврале 1994‑го был амнистирован Государственной думой Федерального собрания Российской Федерации.
После освобождения Крючков вёл активный образ жизни, работал в аналитических центрах. Он не был, как пишут в СМИ, советником В. Путина ни в период его руководства ФСБ, ни позднее на посту президента России. Но Крючков встречался и беседовал с Путиным, направил ему целый ряд записок по вопросам внешней и внутренней политики, которые вызывали живой интерес. Их передавали на доклад через И.И. Сечина, в то время заместителя главы Администрации Президента РФ, который с искренним вниманием и уважением относился к Крючкову.
Крючков был награждён многими высшими советскими орденами и медалями, а в 2004 году Указом Президента России в канун своего 80-летия стал кавалером ордена Почёта.
Крючков издал целый ряд очень содержательных книг мемуарного характера, которые были переведены на многие языки и широко издавались за рубежом.
Крючков был доброжелательным, довольно мягким, исключительно широко эрудированным человеком в области внешней и внутренней политики, владел венгерским и немецким языками. Обладал феноменальной памятью, вёл собственную картотеку по наиболее важным вопросам политики и экономики.
Владимир Александрович обладал очень важным качеством для руководителя – хорошо разбирался в людях. Он умел быстро находить умных и порядочных людей, растить их и привлекать к сложной и важной работе. Не боялся выдвигать на высокие должности энергичных, талантливых молодых сотрудников. Он любил говорить: «Мудрость – это такое качество, которое или есть у человека, или его нет, независимо от возраста и опыта. Если мудрость есть, то с возрастом она становится рельефнее и богаче, но не приобретается».
К сожалению, никто не избегал ошибок. И Крючков иногда поддавался влиянию и обаянию хитрых, неглупых подхалимов и карьеристов. Один из них занял при нём высокое положение, а после ГКЧП не только предал Крючкова, но и пытался сделать его близким людям немало подлостей. Так, в частности, он пришёл к В.В. Бакатину, который только что занял пост председателя КГБ, и попросил его организовать тщательный контроль за обоими сыновьями Крючкова, заместителем начальника ПГУ КГБ В.И. Жижиным и за мной, чтобы мы «не убежали в Китай». С таким рвением он рассчитывал остаться на службе. Но даже Бакатин удивился и заявил, что это «полная глупость». И снял с должности заместителя председателя КГБ этого мерзавца, подлость которого не сработала.
Владимир Александрович верил людям, хотя и не был чрезмерно доверчив, но порой бывал излишне мягким человеком, что иногда вредило делу. Припоминаю такой случай. Крючков пригласил Грушко и меня обсудить служебные перспективы одного энергичного генерала, которого я хорошо лично знал. Председатель отметил, что у него есть достоверные данные о том, что этот человек морально нечистоплотен, корыстолюбив и беспринципен. Я полностью подтвердил эту характеристику и даже привёл некоторые дополнительные факты. Подводя итог разговора, Крючков сказал: «Да, такому точно не место в КГБ, да ещё и на руководящей должности».
Через пару недель этот генерал был назначен руководителем важного союзного ведомства. А после поражения ГКЧП в средствах массовой информации активно ругал Крючкова и других членов ГКЧП, хвастал, что его сын был среди «защитников Белого дома», клялся в преданности Ельцину, хотя до этого чуть ли не требовал его физического устранения. В это время я встретился с этим генералом и сказал: «Как ты можешь так ругать Крючкова? Если бы не он, то тебя бы просто досрочно отправили на пенсию за твои художества». Тот, не стесняясь, ответил: «Ну ты же понимаешь, ситуация изменилась, и мне нужно удержаться на плаву». Однако это его не спасло, вскоре его всё равно отправили в отставку.
Несмотря на то что многие годы Крючков занимал очень высокие должности, он был исключительно скромным: отказался от государственной резиденции и жил в Ясенево в одноэтажном домике, который был ему давно предоставлен ещё как начальнику советской разведки. Поражала его отнюдь не роскошная, даже по тому времени, трёхкомнатная квартира в доме в Денежном переулке в Москве, где он жил с супругой Екатериной Петровной и где я многократно бывал.
Как сейчас помню похороны Крючкова в ноябре 2007 года. В клубе Ф.Э. Дзержинского, где проходило прощание, отдать дань памяти пришли руководители Администрации Президента России и спецслужб. На Троекуровском кладбище я выступил с прощальными словами об этом удивительном и достойном человеке, который до конца жизни переживал то, что ему и его единомышленникам не удалось в 1991 году спасти Советский Союз.
Вот такие, по моему мнению, очень правильные слова прозвучали в некрологе Центра общественных связей ФСБ РФ в связи с кончиной Крючкова: «Жизненный путь генерала армии В. Крючкова является примером беззаветного служения своему Отечеству и народу. Он всегда пользовался заслуженным авторитетом и глубоким уважением не только как профессионал высочайшего класса, но и как человек, отличавшийся доброжелательностью, душевной теплотой и внимательным отношением к окружающим».
ЗАКАЗЫВАЙТЕ НАШИ КНИГИ НА OZON И «ЯНДЕКС. МАРКЕТ»,
А ТАКЖЕ ПРИОБРЕТАЙТЕ В СЕТИ «ЧИТАЙ-ГОРОД» И ДРУГИХ КНИЖНЫХ МАГАЗИНАХ.
Свежие комментарии